Раджак Хассн нарочито медленно поднялся по ступеням императорского дворца. Он мог не поднимать головы — и так знал, что все взгляды направлены на него. На нем были черные доспехи, а забрало на шлеме, как обычно, опущено. На поясе висела палица. А в каждом из сапог было спрятано по кинжалу, смазанному вызывающим паралич ядом. Раджак Хассн был одним из самых грозных воинов, которых когда-либо знала Империя, а ведь ему не было и тридцати лет. Никто не знал, откуда он взялся. Кто научил его обращаться с оружием? Загадка. Он путешествовал из города в город, поступая на службу к тому, кто сулил ему больше денег. Теперь он заламывал невероятные цены, но все знали, что еще никогда он не терпел поражения. Поднявшись по лестнице, наемник остановился и поднял глаза к небу. Императорский дворец был самым внушительным сооружением во всей Империи. В его донжоне было не менее ста метров высоты. Люди приезжали издалека, чтобы полюбоваться его величественными воротами и двумя одинаковыми высоченными башенками. Но на Раджака Хассна все это, казалось, не произвело ни малейшего впечатления.
Поднеся руку к шлему, он вошел в Зал Побед — необъятную галерею, уставленную мраморными и позолоченными статуями — и на секунду остановился перед огромным гобеленом, рассказывавшим об Изгнании азенатов.
— Господин…
Позади него нерешительно мялся слуга в тоге, с лысым черепом, повязанным золотой лентой. Раджак обернулся, держа руку на рукоятке палицы.
— Его высочество принц Полоний готов вас принять. Соблаговолите следовать за мной.
Наемник молча кивнул. Мужчины прошли через огромный внутренний сад, в котором ручейки с серебристым журчанием извивались в густых зарослях диковинных деревьев и благоухающих кустарников. По дороге им повстречалась пестрая стая колибри; они вышли к следующей галерее и поднялись по длинной лестнице, стены вдоль которой были сплошь завешены гобеленами.
Они остановились у массивной двустворчатой двери с инкрустациями из нефрита и лазурита. Слуга сделал глубокий вдох и трижды постучал. Услышав голос своего господина, он распахнул дверь и отошел в сторону, чтобы впустить наемника, после чего осторожно прикрыл за ним дверь.
Покои принца Полония были обставлены богато, но в то же время скромно. Несколько кресел из темного дерева, большой стол на трех ножках, а в углу — ниша, в которой стояло некое подобие трона. Стены были украшены многочисленными трофеями многочисленных военных кампаний, которыми Полоний руководил, не сходя с коня.
Раджак Хассн приблизился. Молодой принц стоял перед сводчатым окном, выходившим в сад. У него были зеленые глаза и тонкие, правильные черты лица. Он теребил свою рыжеватую бородку.
— Ну наконец-то. Я велел искать вас по всему городу.
Молчание.
— Как хорошо, что вы все-таки пришли.
Висевшие на окнах тяжелые занавеси из красного бархата были слегка отдернуты, чтобы впустить немного воздуха. Полоний скрестил руки за спиной и принялся расхаживать взад-вперед.
— Знаете, что я хочу вам сказать, — начал он, забыв, что стоящий перед ним человек немой. — Я знаю, что скромность не является одним из ваших… э-э-э… качеств. Хорошо, хорошо. Не забывайте, что я вам плачу.
Раджак Хассн протянул принцу руку ладонью кверху. Казалось, ему совершенно не жарко в его шлеме.
— Десять тысяч золотых сейчас, — объявил принц. — И еще сорок потом.
Наемник опустил руку. Пятьдесят тысяч золотых. Никто никогда не предлагал ему такой суммы. А ведь он лучший воин Империи.
— Тириус Бархан. Ишвен. Десять лет был у меня на службе. Вчера мы должны были его казнить, но он бежал. Он прыгнул в озеро. Конечно, чистейшее безумие, но благодаря этому ему удалось от нас уйти. Не знаю, может быть, он уже мертв. Я хотел бы удостовериться в этом. Я хочу, чтобы вы нашли его и принесли мне его голову.
Продолжая говорить, молодой принц подошел к маленькой лесенке, которая вела в сад.
— Разумеется, мы с вами не встречались и я не просил вас его убить. Видите ли, он переспал с императрицей. Мой слуга! Я чувствую себя виноватым. К тому же Император считает его мертвым.
Раджак Хассн внимательно слушал.
Внутренняя подоплека задания была ему неинтересна.
Он думал только об одном: голова этого ишвена стоила пятьдесят тысяч золотых, а такую сумму ему никогда и в руках держать не приходилось. Если понадобится, он достанет его и в аду.
— Советую вам быть крайне осторожным, — продолжал брат Императора. — Этого человека обучали мои лучшие учителя фехтования, он великолепно владеет оружием, хоть и слегка наивен. Он наверняка будет начеку.
Наемный убийца на ходу выхватил кинжал из своего сапога — так быстро, что его спутник ничего не заметил. Мужчины остановились у небольшого фонтана. На его бортике сидела колибри.
— Лично я уверен, что ему удалось спастись. Знаете, эти варвары страшно живучи. Одним ударом ножа вам не обойтись.
Он вздрогнул.
Резким ударом кинжала Раджак Хассн пригвоздил колибри к бортику фонтана.
Серебристая молния, несущая смерть: камень под тельцем птички стал красным от крови. В полной тишине наемник вытащил из тела своей жертвы нож, обмыл его в водах фонтана и водворил на место.
— Я полностью доверяю вам, — тихо сказал принц. — Идемте, я отдам вам деньги.
Они вернулись в покои принца. По дороге Раджак Хассн даже ни разу не обернулся. Он сегодня же отправит соколов в Эзарет и к патрулирующим округу гвардейцам. Вообще-то большой спешки нет: десять других его жертв живут и не знают, что Раджак Хассн скоро убьет их. Но это задание важнее всех остальных. Пятьдесят тысяч золотых — можно считать, что ишвен уже мертв.
* * *
На следующий день Тириус Бархан увидел вдалеке патруль, от которого еле спасся в первую ночь, и удивился упорству преследователей шаг за шагом прочесывающий территорию. Он думал, что те уже давно оставили поиски, ведь шансы его найти были практически нулевыми. И вот удача улыбнулась им.
Гвардейцев было пятеро, они двигались медленно, гуськом, на расстоянии шагов тридцати друг от друга. К великому счастью, его не заметили. Ишвен присел и с минуту смотрел на них, а потом бросился бежать, пригнувшись, чтобы скрыться за высокой травой, и собираясь напасть на крайнего солдата сбоку. Такой шанс нельзя было упускать. Какая разница, зачем здесь эти люди: главное — извлечь выгоду из встречи с ними.
Тириус дважды разгибался, чтобы не потерять из виду преследователей. Из травы торчала только его голова. Он приблизился еще на тридцать шагов и, присев на корточки, стал ждать. Закрыв глаза, попытался представить, что сейчас произойдет. Одна ошибка — и ему придется сражаться с четверыми, если, конечно, первый же из них его не убьет. Ишвен нарочно выбрал именно эту сторону. Ветер дул с востока, и потому лошади не могли учуять запах преследуемого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
